Необходимо, но достаточно: дорогая нефть может принести бюджету до 3,5 трлн рублей

Ольга Анасьева  Павел Вихров                                                                                        Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Казаков

Конфликт вокруг Ирана взвинтил цены на российскую нефть более чем на 70%. Если такая ситуация сохранится до конца года, это может принести бюджету дополнительно до 3,5 трлн рублей доходов, то есть в значительной степени покрыть его дефицит, считают эксперты. Кроме того, дорогое сырье укрепит рубль. Он в последние дни дешевел до 88 за доллар, но 20 марта снова подорожал до 84. Такая волатильность связана с приостановкой продажи валюты по бюджетному правилу — это сократило предложение денег на рынке. Как на нефть повлияет новая политика Ирана с взиманием платы за проход через Ормузский пролив и что будет с курсом рубля в ближайшие месяцы — в материале «Известий».

Как изменит доходы бюджета дорогая нефть

Эскалация конфликта на Ближнем Востоке и почти полное отсутствие поставок через Ормузский пролив привели к тому, что нефтяные котировки устойчиво закрепились на трехзначном уровне. 20 марта Brent торговалась примерно за $110 за баррель, а российская Urals — по $106. При этом федеральный бюджет на этот год верстался исходя из цены сырья в $59.

Более дорогое сырье может принести дополнительные поступления в казну. Рост средней цены нефти на $10 добавляет бюджету порядка 0,8–1 трлн рублей доходов за счет налога на добычу полезных ископаемых и экспортных платежей, отметил аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов. Нынешний уровень позволяет получить дополнительно до 3–4 трлн рублей в год. Сейчас эффект усиливается и за счет ослабления рубля примерно на 10% с начала марта — 84 за доллар по курсу ЦБ на 23 марта. Это увеличивает рублевую выручку экспортеров и прямо повышает налоговую базу, добавил эксперт.

— Если Urals удержится в диапазоне $90–100 за баррель, дополнительные доходы бюджета могут составить около 2,5–3,5 трлн рублей. Если во втором полугодии 2026-го цены частично скорректируются, то итоговый эффект будет ближе к 1,5–2 трлн рублей, — объяснил Владимир Чернов.

При заложенной в бюджете среднегодовой цене в $59 нефтегазовые доходы планировались на уровне 8,9 трлн, а дефицит — чуть менее 3,8 трлн. При средней годовой стоимости сырья в $90 за баррель и курсе доллара в 83–85 рублей нефтегазовые доходы могут составить свыше 12 трлн, то есть на 3 трлн больше запланированного, подчеркнул аналитик ФГ «Финам» Николай Дудченко.

По словам директора департамента развития частно-банковского бизнеса Абсолют банка Андрея Шадрина, при нынешнем состоянии рынка нефтегазовые доходы российского бюджета вырастут с 400 млрд рублей в месяц до более чем 1 трлн, то есть каждый месяц блокировки Ормузского пролива принесет как минимум 600 млрд.

При этом нефтегазовые доходы поступают в бюджет с временным лагом примерно в один-два месяца, так как налоги рассчитываются по ценам предыдущих периодов, пояснил Владимир Чернов. То есть скачок цен на нефть, который случился в марте, начнет полноценно отражаться в доходах бюджета в апреле-мае.

Впрочем, как писали ранее «Известия», рыночные котировки не всегда отражают реальные доходы от экспорта. Публичные данные о цене Urals нередко отличаются от фактических условий поставок. Из-за санкций российские экспортеры нередко предоставляют дополнительные скидки, которые не видны рынку. В результате часть партий может продаваться дешевле, поэтому рост биржевых цен может так и не закрыть дефицит бюджета.

Что будет с нефтью из-за конфликта на Ближнем Востоке

20 марта портал Lloyd's List сообщил, что Иран частично разблокировал движение по Ормузскому проливу — организовал «безопасный коридор» для одобренных перевозчиков и начал взимать плату за проход судов через него. По данным источников издания, один из операторов заплатил около $2 млн за транзит своего танкера.

По данным издания, всего через пролив по этой схеме уже прошло как минимум девять судов, при этом неизвестно, сколько из них оплачивало разрешение на проход, потому что в некоторых случаях стороны ограничивались дипломатическим вмешательством. Кроме того, остается неясным механизм проведения платежей с учетом действующих санкций против Ирана.

— Цены на нефть в краткосрочной перспективе несколько недель будут чутко реагировать на ситуацию вокруг Ирана. Обострение напряженности, особенно в виде атак на нефтегазовые объекты или танкеры, неизбежно будет приводить к дальнейшему росту котировок, приближая их к $150 за баррель. В то же время признаки возможного окончания конфликта или как минимум ослабления взаимных атак по объектам ТЭК будут способствовать стабилизации ситуации с ценами. Последнее заявление Ирана о намерении взимать плату за проход по Ормузскому проливу как раз относится к числу таких признаков, — заявил доцент Финансового университета при правительстве РФ Валерий Андрианов.

Можно предположить, что Тегеран испытывает давление со стороны стран — покупателей ближневосточной нефти, в первую очередь Китая, и его задача — частично восстановить транзит через пролив без потери лица и создания ощущения, что Исламская Республика идет на уступки, полагает эксперт.

— В этом плане идеальным решением был бы пропуск танкеров, которые «кого надо танкеры». Допустим, путем выдачи персональных разрешений, пусть даже платных. Поскольку главный покупатель нефти Персидского залива — страны АТР, масштаб такого «разрешенного» транзита может быть велик, что неизбежно приведет к снижению нефтяных цен, — считает Валерий Андрианов.

Однако всё еще сохраняется и риск эскалации: например, если США высадят десант на острове Харк — ключевом хабе иранского экспорта нефти, отметил зампредседателя наблюдательного совета Ассоциации потребителей и поставщиков энергоресурсов «Надежный партнер» Дмитрий Гусев. В ответ Тегеран, вероятно, будет вынужден принять меры, и тогда Ормузский пролив, скорее всего, снова окажется заблокирован, добавил эксперт. В этом случае цена нефти может вырасти до $150–200, полагает он.

Что будет с курсом рубля в 2026 году

Рост нефтегазовых доходов уже скоро отразится на наполняемости российского бюджета, отметил Николай Дудченко из ФГ «Финам». Для курса рубля это позитивный фактор, так как экспортеры продают полученную валюту, поддерживая нацвалюту.

При этом с начала марта рубль ослаб почти на 10%. На внебиржевом рынке 19 марта российская нацвалюта стоила выше 99,5 за евро и 87 за доллар, на следующий день эти валюты откатились до 97 и 84 соответственно. По данным Банка России на 21 марта, евро торговался по 97,28 рубля, а доллар — по 83,99.

Основная причина такого ослабления — изменение политики Минфина. В марте власти приостановили продажу валютной выручки в рамках бюджетного правила, которая ранее обеспечивала значительное предложение валюты на рынке, пояснил руководитель группы макроэкономики и фондового рынка УК «Альфа-Капитал» Александр Джиоев. Это привело к снижению валютной ликвидности и росту курса доллара, добавил он.

Дополнительное давление на рубль происходит от ожидаемого изменения цены отсечения нефти. Она определяет, будет ли Минфин продавать валюту из ФНБ или же покупать ее. При этом снижение такого порога означает, что ведомство начнет пополнять «кубышку» при более низком уровне, чем тот, что заложен в бюджет сейчас, отметил Александр Джиоев. В таком случае объем спроса на валюту при прочих равных вырастет. А это, в свою очередь, ослабит рубль.

На пресс-конференции после заседания по ключевой ставке 20 марта глава Банка России Эльвира Набиуллина заявила, что говорить о выраженной тенденции ослабления рубля пока рано. Повышение курса нацвалюты связано с низкой ценой на нефть в январе и приостановкой операций по бюджетному правилу, пояснила она.

Обострение ситуации на Ближнем Востоке существенно влияет на конъюнктуру рынка. Высокие нефтегазовые доходы бюджета поддерживают курс, но при этом конфликт сам по себе создает значительный фактор неопределенности, уточнила Набиуллина. По ее словам, эффекты будут зависеть от протяженности конфликта.

Тем не менее опрошенные «Известиями» эксперты ожидают, что к концу весны рубль еще немного ослабнет — до 90 за доллар. Курс евро, вероятно, опустится до 100–101 рубля, а юаня — до 13. При этом, по словам главного аналитика Совкомбанка Михаила Васильева, в пользу рубля в 2026-м выступят возросшие цены на нефть, профицит торгового баланса (превышение экспорта страны над импортом), а также всё еще высокая ключевая ставка. ЦБ медленно смягчает денежно-кредитную политику — в марте он в седьмой раз подряд опустил ставку лишь на 0,5 п.п., до 15% годовых.

При этом если ключевую опять снизят, то рубль будет слабее, ведь на него упадет спрос. Однако любые улучшения в геополитике, по мнению эксперта, вероятно, приведут к более крепкому курсу рубля благодаря улучшению условий внешней торговли и притоку иностранного капитала.

Дорогая нефть принесет бюджету дополнительно до 3,5 трлн: удастся ли пополнить бюджет